Вторжение Унгрена в Монголию. Захват Унгером УргиСтраница 5
Что касается русской колонии в Урге, то новое правительство решило взять ее под свой контроль. Командующий монгольскими войсками Жамболон издал приказ, согласно которому «все проживающие в Урге гражданские лица русской национальности обязаны подчиняться законам и распоряжениям Монгольского государства и нести в его пользу какую-либо службу». С этой целью старшине российских купцов Сулейменову поручалось провести соответствующую работу среди населения колонии. К бурятам, кочевавшим в Халхе, Унгерн мог обращаться только через ханов аймаков.[140]
Таким образом, ургинское правительство устанавливает свою власть не только над монголами, но и над представителями других народов, проживавших в Северной Монголии.[141]
Монголы хорошо относились к Унгерну, но все-таки для них он был чужаком, пришлым человеком, уже силу этого он не мог стать их главным руководителем, а тем более диктатором. Главным государстве, духовным руководителем монголов являлся жебцзун-Дамба-хутухта, которому они поклонялись которого они высоко ценили.[142]
Вторым лицом в правящей верхушке Халхи являлся Джалханца-хутух-а.С Шандзодбой (главой духовного Шабинского ведомства) Унгерн не находил общего языка. После захвата Урги барон предложил Шандзодбе провести в его ведомстве мобилизацию в армию шабинаров (крепостных Богдо-хана). Шандзодба отказался это сделать. Барон не предпринял никаких репрессивных действий в отношении главы Шабинского ведомства, правда, назвал его «легкомысленным» человеком. На допросе 29 августа Унгерн говорил Шумяцкому, что он не имел политического влияния в Монголов, старался не вмешиваться в дела монголов. Помогал им лишь советами, ибо «они очень медлительны в своих действиях и решениях».[143]
Сразу же после взятия Урги Унгерн занялся наведением элементарного порядка в городе: приказал отремонтировать электростанцию и телефонный узел; распорядился очистить от мусора город, который, по выражению Оссендовского, «не знал метлы еще со времен Чингис-хана». По приказу барона наладили автобусное движение между отдельными районами города, навели мосты через Толу и Орхон. Начали издавать газету, возобновили работу школ, открыли ветеринарную лечебницу.[144]
Унгерн и другие командиры, взявшие Ургу, были щедро награждены Богдо-ханом. Указом последнего Унгерну присвоены титулы хана и цин-вана (князь 1 –й степени) и звание «Дающий развитие государству герой-командующий». [145]
После взятия Урги изъявили желание подчиняться Унгерну и вместе с ним воевать отряды есаула Кайгородова (Кобдоский округ), полковников Казанцева (район Уланком – Урянхайский край), Казагранди (район оз. Косогол). Эти отряды насчитывали примерно по 300 человек. Примкнули к барону и более мелкие белогвардейские отряды Комаровского, Сухарева, Нечаева, Архипова, Очирова, Немчинова и другие.[146]
Борьба против интервентов. Народные ополчения. Первое земское ополчение
В стране поднималось национально-освободительное движение против интервентов. Во главе первого ополчения стал думный дворянин Прокопий Ляпунов, который уже давно воевал против сторонников «Тушинского вора». Ядром ополчения стали рязанские дворяне, к которым присоединялись служилые люди из других уездов страны, а также отряды казаков ата ...
Уголовное право
Война резко повысила общественную опасность всех преступлений и, естественно, потребовала усиления ответственности за их совершение. Появились и новые составы преступлений, специфичные для военного времени.
Конечно, в военные годы особую опасность представляли преступления государственные: измена, шпионаж, диверсия и др. При их расслед ...
Реформы местного управления
Административное деление Московского княжества на уезды, станы и волости было перенесено и на все Московское государство, где пышным цветом расцвела поначалу возникшая ещё в Киевской Руси система кормлений. Кормленщики – княжеские памятники и волостели, будучи «пожалованы» должностью, кормились сборами с местного населения (в городе с п ...