Китай в современную эпоху. Китай после смерти Мао
ЦзэдунаСтраница 3
План «четырех модернизаций», предложенный Хуа Гофэном на сессии, представлял собой, в сущности, новый вариант «большого скачка». Однако в отличие от «большого скачка», основанного на концепции «опоры на собственные силы», новый «скачок» предполагалось осуществить за счет западных кредиторов, интенсивного импорта современных технологий и оборудования из промышленно развитых стран. В условиях международной ситуации, сложившейся в конце 70-х годов и отмеченной еще большим ухудшением советско-китайских отношений, руководство КНР рассчитывало на установление широкого торгово-экономического сотрудничества со странами Запада, и эти расчеты не были беспочвенными. Однако попытки добиться молниеносного ускорения темпов экономического развития, предпринимавшиеся на протяжении примерно полутора лет и не предусматривавшие сколько-нибудь радикального изменения самой экономической политики, не могли не закончиться провалом.
Намеченные планы были поистине грандиозны: увеличить производство стали к 1985г. с примерно 20 млн. т до 60 млн. т, нефти - со 100 до 350 млн. т. За 8 лет предполагалось реализовать 120 промышленных проектов, из них 14 в области тяжелой промышленности. При этом планировались капиталовложения, равные тем, что были сделаны за прошедшие 30 лет. Таким образом, подобно Мао Цзэдуну в конце 50-х годов, Хуа Гофэн вместо того, чтобы заслужить лавры государственного деятеля, поднявшего страну из руин после бедствий «десятилетней смуты», вновь пытался поставить ее на грань экономического краха. Этим не замедлили воспользоваться его политические соперники, заинтересованные в ослаблении влияния Председателя ЦК КПК. Впрочем, провал очередного «большого скачка» имел и некоторые позитивные результаты- он еще раз убедил членов «прагматической» оппозиции в том, что без глубоких структурных реформ решение экономических проблем Китая невозможно.
Весной 1978г. в китайской печати началась мощная кампания под старым лозунгом Мао Цзэдуна «практика - единственный критерий истины». Однако очень скоро стало ясно, что она направлена против Хуа Гофэна и других выдвиженцев «культурной революции» и по сути дела против самого Мао Цзэдуна. Важную роль в организации этой кампании сыграл Ху Яобан, репрессированный в году «культурной революции» руководитель китайского комсомола, в последствии реабилитированный и введенный в состав ЦК на ХІ съезде КПК. Весной 1978г. он занимал пост руководителя Высшей партийной школы, профессора которой и подготовили серию статей, положивших начало новой идеологической кампании. Призыв, скрытый в них, был понятен: лишь такая экономическая политика имеет право на существование, которая обеспечит экономическую эффективность. Это был определенно вызов, брошенный «прагматиками» выдвиженцам «культурной революции» и означавший, что они готовы перейти от борьбы за широкую реабилитацию «старых кадров» к наступлению на основополагающие догмы маоизма. Таким образом, борьба за власть стала неотделимой от решения вопроса- быть или не быть глубоким реформам в КНР /Яковлев, 1989, с. 213/.
Поворотным моментом в этом столкновении стал ІІІ пленум ЦК КПК 11-го созыва (декабрь 1978г.). Он проходил уже в условиях явного ослабления фракции Хуа Гофэна. К этому времени широкая чистка партийного и государственного аппарата достигла уездного уровня. ЕЕ главной задачей считалась ликвидация сторонников «четверки», однако в действительности люди Дэн Сяопина вели дело к тому, чтобы освободиться от выдвиженцев «культурной революции» в целом. Сторонники Дэн Сяопина распространили дацзыбао с критикой политики Хуа Гофэна и тех, кто поддерживал его. Особенно широко кампания дацзыбао развернулась весной 1978г., в годовщину апрельских событий на площади Тяньаньмэнь.
Ливонская воина. Опричнина. Предпосылки ливонской войны
К концу 50-х годов XVI века в канун Ливонской кампании Россия была наиболее могущественной военной державой Европы. В области внешней политики государства начинали преобладать интересы русского дворянства, имевшего территориальные интересы в Прибалтике. Нарождающийся единый всероссийский рынок требовал естественного и удобного выхода к ...
P. S.
После падения Наполеона, Шатобриан, почти полвека осыпавший его бранью и сарказмами, в “Записках из потустороннего мира”, напишет:
«Наполеон велик отнюдь не тем, что им было сказано, произнесено или написано, он велик не любовью к свободе, которой никогда не испытывал и не стремился утвердить. Он велик тем, что создал мощную и надёжно ...
От Руси до России
Больше всего внимания Гумилев уделил, как ни парадоксально это звучит, истории России. Ее судьбе были посвящены размышления ученого, и даже на тех страницах, где нет ни слова упоминания о ней. Реабилитации исторической преемственности русской цивилизации и русского этноса он посвятил всю жизнь.
Его как историка этнических процессов вле ...