Миф первый: "Барон был сумасшедший маньяком".
Если говорить серьезно, то окончательный диагноз барону мог бы поставить только психиатр, а этого никто из медиков даже заочно не пытался сделать. Это по обывательским меркам он был сумасшедший, но сумасшедший ровно настолько, насколько им мог быть человек, который провел на войне почти 6 лет, каждый день, сталкиваясь со смертью, грязью и кровью. [18]
По мнению Юзефовича, скорее всего, можно говорить о глобальной переоценке ценностей, связанной с воздействием войны, под влиянием падения традиционного уклада жизни общества, когда человеческая жизнь потеряла ценность, а понятия добра и зла получили иной оттенок.[19]
В таком случае барон был продуктом своего времени и обстоятельств (более подробно процесс такой переоценки ценностей показан в фильме Ф. Копполы "Апокалипсис наших дней"). Все поступки барона (обет трезвости и введение сухого закона накануне выступления в поход на Ургу, дипломатичность, умелое использование обычаев монголов и китайцев, принципы идеологии) говорят о наличии трезвого рассудка.[20]
Белов полагает, что Унгерн был необычной личностью (отчаянно храбрый, неординарно мыслящий, обладающий огромными знаниями в области религий и культов, философии, обладающий практически неограниченной властью и при этом абсолютно бескорыстный), большим идеалистом (а как показал XX век, за большими идеями всегда следовала большая кровь) и поэтому вызывал сомнения в своей адекватности среди окружавших его людей, зачастую отбросов общества, живущих весьма примитивными понятиями. [21]
Юзефович в своих работах касается вопроса кровожадности и жестокости барона, то ответ можно искать в его же словах: "против убийц у меня есть только одно средство - смерть". К тому же Унгерн ничем не отличался от других идеалистов первой половины прошлого века (Ленин, Троцкий и Гитлер) в стремлении перевоспитать людей, вырастить "новую расу", а тех, кого перевоспитать уже было нельзя, следовало уничтожить (что значит какой-то там отдельный человечек или несколько тысяч по сравнению с глобальной идеей?). Это уже лежит в области психологии и социологии, но не психиатрии.[22]
Все поступки барона, его мистицизм, создание легенд о героических предках и поиск истины на Востоке (что очень модно и в наше время) говорят не о сумасшествии, а о незрелости его личности и стремлении заполнить чем-то внутреннюю душевную пустоту.
Россия в начале XIX века.
Начало либеральных реформ. Восшествие на престол
Александра 1
Российский либерализм как официальный политический курс сформировался в период правления Александра I. «Наблюдая Александра I, - писал А.О. Ключевский,- мы наблюдаем целую эпоху не русской только, но и европейской истории, потому что трудно найти другое исторической лицо, на котором бы встретилось столько разнообразных влияний тогдашней ...
Столыпин и его реформы
Тема реформ в российской истории тщательно и основательно исследована наукой. Естественно, что интерес к реформаторам прошлого регулярно обнаруживается в связи с неудачами реформаторов современности, постоянно возникают и анализируются различные исторические параллели.
Столыпин был одной из самых масштабных фигур в истории модернизации ...
Правление Николая I
В
правление Николая I происходит количественный рост государственного аппарата: к середине века он насчитывал 100 тысяч человек. Такой большой государственный аппарат свидетельствовал о сильной роли государства в жизни общества, но был одной из существенных причин высокого уровня налогообложения и несбалансированности государственного б ...